«Владивосток»: Кому нужен берег приморский?

ВЛАДИВОСТОК. 19 августа. ВОСТОК-МЕДИА - Территориальные споры между государствами будут возникать, пока существует человечество. Не исключение – и Азиатско-Тихоокеанский регион, форпостом России в котором выступает Приморский край. Политическое и экономическое значение АТР, насыщенного различными «азиатскими тиграми» и «экономическими чудесами», неуклонно возрастает. Одновременно с этим могут обостряться имеющиеся и возникать новые территориальные споры, в том числе имеющие прямое отношение к целостности России, пишет газета «Владивосток».
Прежде всего, естественно, в голову приходит Япония, в вялотекущем режиме продолжающая оспаривать российскую принадлежность Южных Курил. На слуху и недавнее соглашение между РФ и КНР, согласно которому Китаю отошли считавшиеся спорными (но де-факто являвшиеся российскими) островные территории на Амуре у самого Хабаровска. По мнению ряда исследователей, в обозримой перспективе могут обостриться и другие подобные споры. Речь идёт, в частности, о землях на самом юге Приморского края – в районе устья пограничной реки Туманной.
Юг Приморского края – территория крайне интересная, по-настоящему уникальная с научной, культурной, исторической, политической, экономической точек зрения. Здесь сходятся границы России, КНР и КНДР. Тёплое, богатое самыми различными биоресурсами море, уникальная природа, возможность обустройства портов, морской шельф, перекрёсток морских путей – всё это делает южный «аппендикс» Приморского края весьма привлекательным с точки зрения дальновидных политиков и инвесторов. Не случайно 70 лет назад именно здесь сошлись в вооружённом противостоянии советские и японские войска. Позже возник известный проект «Туманган», предполагающий бурное развитие международных контактов в этой точке. Наконец, сегодняшний момент характеризуется не только очевидным ростом «удельного веса» Азиатско-Тихоокеанского региона на планете, но и не менее очевидным ослаблением позиций России на этой территории.
В прошлом году хабаровский учёный, доцент Дальневосточного государственного гуманитарного университета, кандидат исторических наук Александр ИВАНОВ опубликовал в Москве очень любопытную работу «Проблема острова Ноктундо в средствах массовой информации Южной Кореи». Приведём несколько цитат из этого доклада: «В последнее время в средствах массовой информации Южной Кореи вызвало беспокойство возведение российской стороной дамбы на реке Туманган в районе, прилегающем к острову Ноктундо… Делаются замечания, что российская сторона, проводя работы по укреплению береговой линии…, максимально затрудняет возвращение корейской стороне острова Ноктундо, принадлежавшего Корее до второй половины XIX века… В Южной Корее стал проявляться большой интерес к этому острову площадью 32 квадратных километра в устье реки Туманган.
Как говорит Александр Иванов, южнокорейские учёные доказывают изначальную принадлежность острова Ноктундо Корее. Оказывается, островок был присоединён к Корее ещё в XV веке.
Однако в определённый момент северный рукав Тумангана обмелел, русло реки изменилось, а Ноктундо естественным образом соединился с территорией нынешнего Приморского края.
Корейские учёные делают акцент на том, что государственная граница между Кореей и Россией была установлена без участия корейской стороны.
Сегодня острова Ноктундо нет. Однако он существовал вчера и может появиться завтра.
Вопрос о том, почему тема острова Ноктундо стала муссироваться именно в южнокорейских СМИ, требует пояснения. Дело в том, что между КНДР и СССР в 1990 году был подписан договор о прохождении линии границы по фарватеру Туманной. Тем самым северокорейские власти признали российскую принадлежность бывшего острова Ноктундо. В этой ситуации правительство КНДР не вправе требовать изменения подписанного им же договора. Однако, считает Иванов, «южнокорейская сторона не признаёт северокорейский режим, а соответственно и те договоры, которые были заключены этим режимом на международном уровне, тем более – касающиеся территории Корейского полуострова».
Очевидно, что Ноктундо сам по себе – лишь проба сил, тот малый камешек, который теоретически способен спровоцировать лавину.
Теоретически можно предположить возникновение и других споров. Так, Китай может потребовать предоставить ему выход к морю по Туманной и провести для этого на реке дноуглубительные работы. Проблемы со смещением русла наблюдаются также на Амуре и Уссури. Официальная же Россия ведёт себя, как представляется со стороны, непоследовательно. «Не Пыталовский район они получат, а от мёртвого осла уши!» – заявил некоторое время назад президент Владимир Путин в ответ на притязания Латвии в отношении части Псковской области. Однако сказать нечто подобное в адрес Китая вряд ли у кого-то повернётся язык. При сохранении сегодняшних тенденций передача островов на Амуре – далеко не последняя уступка настойчивым соседям. Рано или поздно затянувшиеся споры о Курилах, морском шельфе, островах на пограничных реках могут вылиться в конкретные действия. Какими они будут – зависит в том числе от чёткой политики России в отношении этих территорий. Как бы мы ни относились к претензиям Китая, Японии или Кореи, у этих стран такая политика есть.
У нас, похоже, нет.
«Во избежание неверных решений представляется целесообразным отложить решение острых пограничных вопросов на будущее», – считает кандидат исторических наук Лариса Забровская. По её словам, России нельзя попадаться на «историческую удочку»: «Да, одна и та же территория населялась разными народностями, но современные границы были установлены после Второй мировой войны, то есть после образования КНР, КНДР и РК. Это и должно стать отправной временной точкой для любых рассуждений о правильности или неправильности установления пограничной линии и принадлежности отдельных островов на пограничных реках».